115280, г. Москва,
1-й Автозаводский проезд,
д. 4, к. 1
inform@gradient-alpha.ru
Градиент Альфа в СМИ

Вечнозеленая ипотека

16.03.2015
Автор: Пресс-служба Градиент Альфа

Цветков Виталий Витальевич
Руководитель информационно-аналитического отдела
Комментарий Виталия Цветкова в журнале «Компания»

«Компания»

Потери российских банков от конвертации валютных ипотечных кредитов в рублевые по рекомендованному Центробанком курсу на 1 октября 2014 г. (39,38 руб. за доллар) могут составить около 65 млрд руб. «Если валютная ипотека станет платиться по льготному для заемщика курсу, тогда, может, и валютные депозиты будут возвращаться по курсу, льготному уже для банка, скажем, на то же 1 октября 2014 г.», – с сарказмом говорит топ-менеджер одного из самых «ипотечных» банков.

По словам источника «Ко», сейчас между банкирами и регулятором идет активный непубличный торг, и представители кредитных организаций даже грозят ответными мерами, правда, не уточняют, какими. Пока же они просто игнорируют рекомендации регулятора, который еще в конце января текущего года «посоветовал» банкам реструктурировать выданную до 1 января 2015 г. валютную ипотеку путем перевода тела кредита, пеней и штрафов, взыскиваемых банком по кредитному договору, в рубли по официальному курсу на 1 октября 2014 г.

Начальник аналитического управления банка «БКФ» Максим Осадчий полагает, что сваливать все бремя ответственности и расходов по конвертации валютных ипотечных займов на банки было бы не совсем правильно. Дело в том, что основная причина девальвации – это финансовая и экономическая политика государства, которое так и не дало шанс бюджету слезть с «нефтяной иглы». Если прибавить к этому «возвращение Крыма», серьезные потрясения для рубля были ожидаемы еще в начале прошлого года. Например, в 2013 г. «Ко» прогнозировал девальвацию на уровне 20%. Но политическая ситуация вокруг Украины, косвенное участие в этих событиях России и последовавшие за этим санкции сделали обвал национальной валюты более глубоким. Поэтому винить банки в том, что сумма долга валютных ипотечных заемщиков выросла практически в два раза, было бы по меньшей мере неправильно.

Многие эксперты сходятся во мнении, что государство каким-то образом должно компенсировать возможные потери банков от конвертации валютной ипотеки. Например, Максим Осадчий предлагает пустить на эти нужды 20 млрд руб., которые власти намерены выделить для субсидирования ипотечной ставки, но при этом конвертировать кредиты только тех, кто находится в действительно затруднительном финансовом положении из-за возросших расходов на обслуживание долга.

Правда, тут возникает риск, что все, кто брал ипотеку в валюте, «неожиданно» окажутся в категории нуждающихся. Но делать что-то с этой ситуацией нужно, и понимают это не только в Центробанке, который рассматривает подобный шаг скорее как популистский, но и в кредитных организациях, в последние годы активно выдававших валютную ипотеку. Последние рискуют не только тем, что могут потерять 65 млрд руб., о которых упоминает ЦБ, но и тем, что могут вовсе лишиться валютного ипотечного портфеля, если заемщики в массовом порядке начнут объявлять о своей неплатежеспособности.

Именно к этому все и идет: за прошлый год просрочка по валютной ипотеке в России выросла на 41%, составив 20,96 млрд руб., сообщается в материалах, опубликованных на официальном сайте Центробанка. В результате доля просроченных ипотечных кредитов в валюте превышает 12,5%, в то время, как в рублевой ипотеке доля просрочки сейчас не выше 1%. Колоссальная разница, способная повлечь массовые «банкротства» заемщиков. В этом случае банки окажутся с залоговыми квартирами на руках, которые просто невозможно будет продать по той цене в долларах, по которой они закладывались.

В самом щекотливом на сегодняшний день положении находится банк «Дельтакредит», являющийся лидером сегмента валютной ипотеки в России. Если его валютные кредиты пересчитают в рублях по курсу прошлого года, то это может привести к очень тяжелым последствиям для данной кредитной организации. Крупные банки, и в первую очередь банки с госучастием, переживут пересчет относительно безболезненно, так как и объемы бизнеса у них другие, и доля валютной ипотеки в портфелях не так велика. Между тем сами ипотечные заемщики, бравшие ссуды в валюте, уже паникуют и сравнивают себя в буквальном смысле слова с обманутыми дольщиками. Хотя последнее не совсем верно: дольщиков обманывали застройщики, а валютные «ипотечники» стремились найти выгоду, занимая у банков в валюте.

В 2010–2013 гг. средняя ставка по ипотечному кредиту в валюте составляла 8–10% годовых, в то время, как в рублях – 12–14%. Весьма ощутимая разница. Но зачем же тогда сейчас строить из себя «обманутых дольщиков», если горе-инвесторы должны были осознавать, на какой риск идут, получая доходы в рублях и беря кредиты в валюте. Очень обиженные заемщики, активно ратующие за конвертацию валютной ипотеки, забывают, что сейчас они платят по 8–10% за валютную ипотеку, и, по сути, у них выросла только сумма основного дола, а если им конвертируют долги, то могут пересмотреть и ставку по ипотеке на уровне нынешней среднерыночной – порядка 17% годовых. В этом случае еще непонятно, что окажется для них хуже.

Алексей Подшивалов, начальник Управления риск-менеджмента Банка расчетов и сбережений:

«В случае конвертации банк понесет прямые валютные расходы от конвертации и дополнительные косвенные расходы на замещение рублевого фондирования и размещение высвобождающихся валютных активов. Ведь банк принимал валюту и отдать вкладчикам тоже должен валюту, отсюда огромные убытки у банка.

По факту даже не банки понесут убытки (по итогам 2014 г. многие и так в убытках), тут все риски лягут на вкладчиков, с которыми банки должны расплатиться по их валютным вкладам. Готовы ли валютные вкладчики принести себя в жертву ради спасения нерадивых сограждан, которые взяли долг в валюте?

Взять ипотеку в валюте, получая доходы в рублях, это как минимум не очень умно со стороны заемщика. Лично мне кажется циничным требовать от государства (и уж тем более, банка) компенсацию за собственную глупость. Курсы валют – вещь очень сложная и непредсказуемая, особенно в долгосрочной перспективе, и зависят они от гигантского количества факторов не только в России, но и в странах, эмитирующих данные валюты, и в мире в целом. А после 2008 г. о рисках валютной ипотеки разве что на заборах не писали».

Виталий Цветков, руководитель информационно-аналитического отдела АКГ «Градиент Альфа»:

«Полагаю, что перевод валютной ипотеки в рублевую, которую ЦБ стимулирует (пока только рекомендациями), рано или поздно состоится. Сейчас в интересах банков тянуть время, добиться и дождаться максимально благоприятного механизма отражения в отчетности убытков, понесенных по валютной ипотеке, и выторговать для себя побольше преференций за готовность оплатить ошибки заемщиков, не просчитавших свои риски, государства, решившегося на популистский шаг, и регулятора, допустившего валютный кризис и «черный вторник». Логично, чтобы те, кто играет в валюту, не получая в ней доход, отвечали за свои действия, а не рассчитывали на помощь государства, ЦБ и банков в этот и следующие разы. В моем понятии деньги государства – это деньги налогоплательщиков».

Анна Бодрова, старший аналитик «Альпари»:

«Тема валютной ипотеки многоступенчатая. Банки, работая с ипотечным кредитованием, зарабатывают на продукте, поэтому их ответственность в данном вопросе прогнозирования тоже весьма солидная. Стандартно риски по кредитным продуктам учтены в ставке по займу. Чем выше риски, тем выше ставка. Было время, когда валютная ипотека действительно смотрелась интереснее рублевого займа. Однако мало кто из банков объяснял заемщикам специфику такого кредита и все сопутствующие риски. Платить за такую ошибку должны обе стороны. Нет смысла перекладывать все это бремя на государство. Решение пересчитать валютную ипотеку стало экстренным. Для многих заемщиков это явилось спасением, хотя стоит признать, что экономически данный шаг малоэффективен. Нельзя переводить кредитный сектор на «ручное управление». Тяжесть финансового положения заемщика можно попробовать определить, когда сумма ежемесячного платежа превышает 40% от месячного дохода заемщика».

Максим Логвинов

 

Ведомости

Кадровое Дело

Belwest

Деловая россия

Мое дело
 

Ведомости

Кадровое Дело

Belwest